"Звільнення" Закарпаття відбувалося з літа по осінь 1944-го року силами 4-го українського фронту. Про якісь грандіозні бої під час так званої Карпато-Ужгородської операції мені не відомо, але я і не історик. Від очевидців чув, що німці із угорцями спішно відступали, залишаючи худобу і провіант по людям, а за кілька днів приходили "асвабадітєлі" і все відбирали, і залишене і людське. Так що, якщо спиратися на ці дані, то за невеликими винятками, звільнення Закарпаття виглядало, як захоплення покинутих армією супротивника територій. Винятково запеклі бої в потужному залізничному вузлі – Чопі пояснюються саме забезпеченням відступу німецьких військ.
Показ дописів із міткою Крим. Показати всі дописи
Показ дописів із міткою Крим. Показати всі дописи
Невідома трагедія Закарпаття. Історія депортації
Мені вкрай дивно, коли в нас, на Закарпатті, 9-го травня виходять на вулиці святкувати день "вєлікой" перемоги. Перемоги кого і над ким? Не задумувалися? Чию перемогу можна святкувати на землі, яка в 44-45 роках була окупована та в подальшому незаконно анексована Радянським Союзом? Чию звитягу ми прославляємо та чию історію вчимо? Бо наша історія трошки інша, набагато сумніша.
"Звільнення" Закарпаття відбувалося з літа по осінь 1944-го року силами 4-го українського фронту. Про якісь грандіозні бої під час так званої Карпато-Ужгородської операції мені не відомо, але я і не історик. Від очевидців чув, що німці із угорцями спішно відступали, залишаючи худобу і провіант по людям, а за кілька днів приходили "асвабадітєлі" і все відбирали, і залишене і людське. Так що, якщо спиратися на ці дані, то за невеликими винятками, звільнення Закарпаття виглядало, як захоплення покинутих армією супротивника територій. Винятково запеклі бої в потужному залізничному вузлі – Чопі пояснюються саме забезпеченням відступу німецьких військ.
"Звільнення" Закарпаття відбувалося з літа по осінь 1944-го року силами 4-го українського фронту. Про якісь грандіозні бої під час так званої Карпато-Ужгородської операції мені не відомо, але я і не історик. Від очевидців чув, що німці із угорцями спішно відступали, залишаючи худобу і провіант по людям, а за кілька днів приходили "асвабадітєлі" і все відбирали, і залишене і людське. Так що, якщо спиратися на ці дані, то за невеликими винятками, звільнення Закарпаття виглядало, як захоплення покинутих армією супротивника територій. Винятково запеклі бої в потужному залізничному вузлі – Чопі пояснюються саме забезпеченням відступу німецьких військ.
Виталий Портников: Там, где нет украинского флага, не может быть Украины
Высказывания нового министра по вопросам оккупированных территорий и внутренне перемещённых лиц Вадима Черныша относительно будущего отношения нашей страны к землям, которые находятся сегодня под контролем врага, вновь поставили ребром вопрос о непрописанности юридического статуса Крыма и Донбасса. И пока мы чётко не признаём оккупированную территорию — оккупированной, пока не поймём, что наша задача — усложнять жизнь оккупанту и облегчать её нашим гражданам — мы обречены на жизнь в тумане.
Кто и когда сдал Крым?
Люди, которые продолжают повторять, что "Турчинов сдал Крым"... Тогда в марте 2014 года... Когда ВСЕ крымские чиновники уже за месяц до появления "зеленых человечков" присягнули новой путинской власти... Когда 2/3 армейцев, дислоцирующихся тогда в Крыму, оказались предателями, а та треть, что вышла на материковую территорию, тоже не отличалась патриотизмом и готовностью воевать за Родину... Когда, как теперь уже известно, была вполне реальная угроза интервенции... — Эти люди просто повторяют, — надеюсь, что по глупости, — кремлевскую пропаганду.
Виктор Зубрицкий: Неудобные вопросы для Порошенко от DW
Вопросы от Тима Себастиана (Tim Sebastian) Петру Порошенко и главное его ответы оказались настолько "неудобными", что только я один в великой Украине занялся полным и дословным переводом в хронометраже.
То ли у Президента не работает пресс-служба, то ли им кажется, что Порошенко провалился на интервью.
Мое мнение наоборот. Порошенко не провалился, а наоборот показал себя истинным. Тим Себастиан тоже прозрел от ответов.
В общем каждый найдет в этом интервью для себя что-то новое.
Ирина Коротич: Путешествие домой
Утром в день отъезда с прикроватной полки упала книга с таким названием — "Путешествие домой". Мы съездили и вернулись. Туда и обратно, домой в Крым — и домой в Киев.
За день до отъезда друг, услышав наши с Женечкой переговоры, спросил: "Вы что, хотите поехать в Севастополь?" Мы повернулись к нему и ответили хором: "Нет. Мы не хотим". Мы действительно не хотели, но нам было надо.
Уже во время подготовки этой поездки нас обеих колотило. Понимаете, мы раньше ездили в Крым три-четыре раза в год, и каждый раз это была радость, праздник, предвкушение, подготовка. Подготовка была и в этот раз, и сводилась она к тому, чтобы всё подготовить так, чтобы не провести в Крыму вообще и в Севастополе в частности ни одного лишнего часа. У нас это получилось. Поэтому сразу скажу: видели мы немного. Не фотографировали вообще ничего. Мы в принципе старались проскочить, зажмурив глаза, встретиться с мачехой, подписать нужные бумажки, заехать на кладбище, навестить родителей — и бегом обратно. С зажмуренными глазами. Но с зажмуренными глазами не получается, поэтому кое-что мы всё-таки увидели.
За день до отъезда друг, услышав наши с Женечкой переговоры, спросил: "Вы что, хотите поехать в Севастополь?" Мы повернулись к нему и ответили хором: "Нет. Мы не хотим". Мы действительно не хотели, но нам было надо.
*******
Уже во время подготовки этой поездки нас обеих колотило. Понимаете, мы раньше ездили в Крым три-четыре раза в год, и каждый раз это была радость, праздник, предвкушение, подготовка. Подготовка была и в этот раз, и сводилась она к тому, чтобы всё подготовить так, чтобы не провести в Крыму вообще и в Севастополе в частности ни одного лишнего часа. У нас это получилось. Поэтому сразу скажу: видели мы немного. Не фотографировали вообще ничего. Мы в принципе старались проскочить, зажмурив глаза, встретиться с мачехой, подписать нужные бумажки, заехать на кладбище, навестить родителей — и бегом обратно. С зажмуренными глазами. Но с зажмуренными глазами не получается, поэтому кое-что мы всё-таки увидели.
Сериал "Операция "НамКрыш" (обновляется)
Талантливые люди создали замечательный сериал "НамКрыш". Предлагаем Вашему вниманию первые три серии.
Операция "НамКрыш" — 1 серия
"Это главная угроза миру в Европе. Миру в Евразии. И, следовательно, интересам США"
Я вчера писал о том, что Германия, в лице Вольфганга Ишингера (Wolfgang Ischinger), заявила о том, что Украину нужно вооружать. А по другой информации, которая вчера весь день гуляла в интернете, говорилось о том, что фрау Меркель не собирается вооружать Украину. Где же правда? Как всегда — посередине.
В Европе развернулась настоящая баталия мнений о том, насколько глубоко нужно вмешиваться в конфликт. Где та граница, через которую нельзя переступить, чтобы не начать мировую войну? Где та граница в мозгу российского правителя, которая не даст развязать ядерную войну? Европейцы разделены (как всегда) на три лагеря: на тех, кто боится, на тех, кто с яйцами, и на тех, кто получает хорошие бабки от путина.
Среди европейских политических лагерей не только три цвета, между ними, естественно, существуют оттенки, которые перетекают, то в одну, то в другую сторону, и каждый день мы читаем новую аналитику. Мне даже показалось, что Европа начала вести с Россией гибридную войну. Каждый день они меняют свою позицию, чем приводят путина в состояния дискомфорта (в смысле непонятки), что заставляет его делать неправильные шаги. И каждый день мы видим, как рвётся очередная ниточка между ним и мировым сообществом. Накал страстей в европейской прессе таков, что обыкновенные граждане уже готовы к каким-либо действиям своих правительств, потому что неопределённость бесит их гораздо больше, чем если будут сделаны конкретные радикальные шаги.
Чего мы ждем от украинских СМИ, журналистов и блогеров
Что бы могли сделать наши СМИ, журналисты и блогеры, чтобы помочь Украине выиграть информационную войну?
1. Участвовать в ней на стороне Украины. И ставить это выше всего прочего. В том числе и "правдолюбия" (обычно под этим кроется желание доказать свою точку зрения ЛЮБОЙ ценой).
2. Перестать писать заголовки, которые искажают или эмоционализируют суть новости. И так все на нервах.
3. Быть скромнее в джинсе, жадность — губительна. В первую очередь — для страны. Особенно ее политический сегмент.
4. Научиться не выдавать информацию, которая может представлять интерес для противника.
5. Научиться не ударяться в убийственный ура-патриотизм или убийственное уныние, всесливают и всепогибло. Вредно для здоровья.
1. Участвовать в ней на стороне Украины. И ставить это выше всего прочего. В том числе и "правдолюбия" (обычно под этим кроется желание доказать свою точку зрения ЛЮБОЙ ценой).
2. Перестать писать заголовки, которые искажают или эмоционализируют суть новости. И так все на нервах.
3. Быть скромнее в джинсе, жадность — губительна. В первую очередь — для страны. Особенно ее политический сегмент.
4. Научиться не выдавать информацию, которая может представлять интерес для противника.
5. Научиться не ударяться в убийственный ура-патриотизм или убийственное уныние, всесливают и всепогибло. Вредно для здоровья.
Рейки-рейки, шпали-шпали... Апокаліпсис на сімферопольському залізничному вокзалі
Спорожнілий після скасування поїздів в Україну залізничний вокзал Сімферополя, немов декорація до фільму-постапокаліпсису, де людей вразив невідомий вірус.
На коліях немає потягів, на платформах — людей. Табло зяє чорною порожнечею. Вхід на ескалатор до надземного переходу закритий. На привокзальній площі — тільки робітники. У касовому залі — незвично тихо і безлюдно. З дев'яти кас працюють тільки дві, але й біля них — жодного пасажира, лише на кріслах дрімають безхатченки. Мертву тишу зрідка порушує голос з динаміка, який повідомляє про відправлення електричок. Вони везуть пасажирів у Джанкой, Євпаторію, Солоне озеро. Єдиний поїзд, який тепер вирушає з вокзалу — Сімферополь—Джанкой. Він ходить 3 рази на день, складається лише з двох вагонів, але навіть їх не вдається заповнити. Охочих покататися до Джанкоя за 500 рублів — одиниці.
На коліях немає потягів, на платформах — людей. Табло зяє чорною порожнечею. Вхід на ескалатор до надземного переходу закритий. На привокзальній площі — тільки робітники. У касовому залі — незвично тихо і безлюдно. З дев'яти кас працюють тільки дві, але й біля них — жодного пасажира, лише на кріслах дрімають безхатченки. Мертву тишу зрідка порушує голос з динаміка, який повідомляє про відправлення електричок. Вони везуть пасажирів у Джанкой, Євпаторію, Солоне озеро. Єдиний поїзд, який тепер вирушає з вокзалу — Сімферополь—Джанкой. Він ходить 3 рази на день, складається лише з двох вагонів, але навіть їх не вдається заповнити. Охочих покататися до Джанкоя за 500 рублів — одиниці.




